26.24 €
26.24 €
Доставим:
6 июля
Под заказ
Конец прекрасной эпохи. Эссе и переписка с друзьями
«Будучи философом по образованию и литератором по призванию»... -так говорит о себе сам автор в одном из очерков этого сборника. К этим его словам надо добавить - ...«и мистиком по предназначению».
Эссе А.Б. Ровнера (1940-2019) свидетельствуют об уникальном опыте, соединяющим академическую рефлексию, мистическую интуицию и виртуозность литературного стиля.
За его текстами всегда присутствует нечто большее, нежели литература или эрудиция культуролога. Это большее часто упоминаемый в этой книге Г.И. Гурджиев назвал бы «работой». Такой глубины поэтическая риторика в казалось бы прозаическом жанре не плод одного эстетического воображения. Эссеистика А.Б. Ровнера поэтому обращена никак не к читателю, а к его большему, к его «работе», о чем сам читатель может и не догадываться, а если догадывается, то сразу же перестает быть только читателем.
Включенная в сборник переписка позволяет увидеть саму эту «работу» в действии, в поворотах живого диалога, когда никто из собеседников не знает, где он в конце концов окажется.
Не то же ли примерно ожидает читателя этой книги и кто тогда этот читатель?
Предположительный ответ мы найдем у Ницше, неоднократно цитируемого в этом сборнике: книга эта предназначена для всех и ни для кого.
Эссе А.Б. Ровнера (1940-2019) свидетельствуют об уникальном опыте, соединяющим академическую рефлексию, мистическую интуицию и виртуозность литературного стиля.
За его текстами всегда присутствует нечто большее, нежели литература или эрудиция культуролога. Это большее часто упоминаемый в этой книге Г.И. Гурджиев назвал бы «работой». Такой глубины поэтическая риторика в казалось бы прозаическом жанре не плод одного эстетического воображения. Эссеистика А.Б. Ровнера поэтому обращена никак не к читателю, а к его большему, к его «работе», о чем сам читатель может и не догадываться, а если догадывается, то сразу же перестает быть только читателем.
Включенная в сборник переписка позволяет увидеть саму эту «работу» в действии, в поворотах живого диалога, когда никто из собеседников не знает, где он в конце концов окажется.
Не то же ли примерно ожидает читателя этой книги и кто тогда этот читатель?
Предположительный ответ мы найдем у Ницше, неоднократно цитируемого в этом сборнике: книга эта предназначена для всех и ни для кого.